Скорбь Сатаны

«Скорбь сатаны» — одна из самых известных и провокационных книг викторианской писательницы Марии Корелли. Эта книга впервые вышла в 1895 году и сразу привлекла к себе внимание читателей во многих странах. За ярко выраженной мистической завесой в произведении скрываются важные философские размышления о добре и зле, искушении славой, деньгами и властью. Что делает её особенно интересной, так это удивительное сочетание религии, морали, сатиры и психологической драмы, представленных в образах и диалогах героев.

О чём книга? В центре сюжета — обедневший писатель Джеффри Темпест. На грани отчаяния и полного краха он неожиданно получает огромное наследство, а вместе с ним — и загадочного покровителя, князя Лючио Риманезе. Постепенно темная сущность нового друга раскрывается: Лючио — воплощение самого сатаны. Но сатана здесь не демоническое чудовище, а харизматичный, образованный, красивый и глубоко скорбящий персонаж, чья вечная тоска по утерянному небесному свету отражена в названии книги.

Мария Корелли показывает, чем может быть опасно стремление к внешнему успеху и как легко человек теряет духовные ориентиры под влиянием искушений. Один из ключевых посылов книги — свобода воли: даже перед лицом зла человек делает собственный выбор. Эта идея проходит через весь сюжет как тонкая нить.

Герои книги — Джеффри, Лючио и его возлюбленная Сибил — живут в мире, где внешняя роскошь скрывает внутреннюю пустоту. И чем ближе Темпест к вершине успеха, тем дальше он от самого себя. В итоге он сталкивается с истиной, за которую приходится заплатить слишком высокую цену.

Подробный пересказ по главам

1 — 3

Главы рассказывают историю Джеффри Темпеста — молодого человека, оказавшегося в тяжелейших условиях нищеты в Лондоне. Он знакомит читателя с настоящей бедностью — унизительной и душераздирающей, дающей ощущение бессилия и гнева перед социальной несправедливостью. Несмотря на университетское образование и литературный талант, Джеффри долго не может найти постоянную работу, его рукописи отвергают, а надежды на улучшение жизни таят. Живя в убогой комнате, он борется с голодом и пренебрежением общества, не теряя внутреннего достоинства и веры в собственные силы.

Все меняется, когда он получает неожиданное письмо от давнего друга Босслза из Австралии с чеком на 50 фунтов и обещанием помощи. Более того, приходит официальное уведомление о внезапном наследстве — ему удалось унаследовать состояние в размере более пяти миллионов фунтов стерлингов от дальнего родственника, умершего в Южной Америке. Этот колоссальный поворот событий поражает Джеффри, он испытывает смешанные чувства радости и замешательства, ведь одновременно с этим ему предстоит принять визит неизвестного князя Лючио Риманца — человека с высокой аристократической внешностью и богатством, о котором слышал от друга.

Встреча между Джеффри и князем проходит в условиях скромности и нерешительности героя, который стыдится своей бедности и сомневается в новом мире, который перед ним открывается. В письмах и беседе князь предстает образованным, опытным и талантливым человеком, готовым помочь Джеффри советом и покровительством в литературном поприще, закрепив их знакомство чувством взаимного уважения и надежды.

Таким образом, главы раскрывают драматический контраст между прошлой нищетой и перспективами богатства, зарождением новой жизни и дружбы, которая, возможно, поможет Джеффри реализовать свои способности и обрести место в обществе.

4 — 5

Глава IV раскрывает атмосферу роскоши, в которую погружается Темпест: его доставляет к отелю великолепная карета князя, его окружают роскошные интерьеры, богатый ужин и изысканные напитки. Князь Лючио предстает перед героем как циничный и опытный человек, владетель большого «царства», не связанного титулами или земной властью, а базирующегося на богатстве и влиянии. Он открыто выражает скептицизм по поводу человеческих добродетелей и честности, считая их легко покупаемыми. В разговоре князь резко заявляет, что он не христианин, а его вера — горькая и страшная. Далее идет остроумное философствование о роли денег и гения, о природе человека и обществе, о том, что книги с успехом могут иметь лишь откровенно непристойные сюжеты, а воспитание и идеалы — удел церкви и скучной морали. Несмотря на внешнюю жесткость и цинизм, князь демонстрирует некую внутреннюю сложность и лично симпатизирует герою, предлагая ему дружбу, что Темпест с радостью принимает. Глава заканчивается описанием того, как Темпест ощущает обновление своей жизни и открывающийся перед ним свет — вместе с грозой и таинственными шепотами, создающими атмосферу напряженного ожидания.

Глава V начинается с утра: князь уехал верхом, а Темпест остается один, чувствуя внимание и почтение обслуживающего его персонала, уже узнавших о его состоянии. Князь советует герою действовать осмотрительно — взять наличные, сменить одежду, прежде чем идти к поверенным для оформления наследства. Темпест знакомится с поверенными — мистерами Бентамом и Эллисом — которые сообщают о полном наследовании, но с некоторой странной характеристикой умершего родственника: тот якобы был убежден, что продал душу дьяволу, и что его богатство было сделкой с темными силами. Герой с юмором воспринимает эти рассказы, относя их к суевериям. В конце главы Темпест в обновленном виде приходит на завтрак к князю, который приветствует его и демонстрирует предмет, который называет своим любимцем, интригуя, чем же он может быть.

Таким образом, главы раскрывают переход героя из состояния бедности и неопределенности к состоянию богатства и знакомства с миром высшего общества, где цинизм, власть денег и моральный релятивизм являются нормой. Новый друг князь — загадочный, обаятельный и противоречивый персонаж, открывающий перед героем дверь в мир социальных и духовных испытаний.

6

В данной главе рассказчик встречается с загадочным князем‑риманцем Лючио, который демонстрирует ему необычное радужно сверкающее насекомое, найденное в египетской мумии принцессы. Это существо символизирует идею «в смерти — жизнь» и служит доказательством неразрушимости сознания. Князь рассуждает о человеческой природе, лицемерии общества, скептицизме и роли денег в жизни. Он предлагает рассказчику план, как использовать недавно полученное богатство для достижения общественного успеха: через рекламу в прессе, вхождение в высшее общество, участие в скачках и светских мероприятиях. Лючио настаивает на том, что деньги решают всё, а истинная свобода выбора и вера в душу — лишь условности. Рассказчик получает радостную новость о принятии своей книги к изданию и с удовлетворением планирует применить своё наследство и осуществить задуманные планы при помощи князя. Главной темой главы являются взаимоотношения богатства, власти, человеческой природы и искусства в современном обществе.

7 — 8

После стремительного обогащения и вхождения в высшее общество Джеффри Темпест начинает испытывать внутреннюю пустоту и душевный конфликт. Изменилась не только его жизнь, но и он сам: богатство, слава, удовольствия легкой жизни не приносят ему удовлетворения. Он с удивлением и болью осознает, что его книга – вдохновенная и глубокая – больше не отражает его нынешние взгляды. Темпест считает, что утратил способность чувствовать, и признается Лючио, что книга «благороднее своего автора».

Лючио, с ироничной проницательностью и легкой циничностью, объясняет, что перемена в душе Темпеста произошла из-за материального благополучия: он больше не испытывает нужды, а значит – и остроты чувств, которые питали раньше его воображение.

В диалоге между Темпестом и Лючио затрагиваются глубокие темы – лицемерие общества, могущество денег, утрата чувства сострадания и социальной справедливости. Лючио рассказывает о трагедии, случившейся прямо у двери отеля: смерть бедной женщины и ее ребенка, сравнивая их участь с безразличием богатых. Эти слова задевают Темпеста, но не пробуждают в нем подлинного сострадания.

Позднее Темпест знакомится с леди Сибиллой Эльтон – красивой, холодной, аристократичной девушкой. Он сразу влюбляется, но замечает, что все ее внимание и дружелюбие направлены на его миллионы, а не на него самого. Она даже не знает, что он – автор книги, зато в курсе его состояния. Под влиянием этой встречи в нем просыпаются прежняя решимость и уверенность: он решает завоевать ее — купить ее красоту, как предмет роскоши.

Лючио, наблюдая отношение Сибиллы к Темпесту и общий цинизм светской жизни, подчеркивает, что в их время всякая добродетель перестала цениться. Он добавляет, что Темпест, как миллионер, может без препятствий добиться руки леди Сибиллы, особенно учитывая бедственное положение ее отца.

Вечером, в разговоре о лицемерии высшего света, дворянстве, продажных браках и духовной деградации общества, Лючио с сарказмом напоминает Темпесту об истории с завещанием и о том, как покойный родственник верил, будто продал душу дьяволу. Это вызывает у Лючио громкий смех и комментарий о глупости веры в такие «сказки» — особенно в просвещённую эпоху.

Таким образом, главы описывают духовный кризис главного героя, возникший на фоне его стремительного успеха, обостряются темы иллюзорности счастья через деньги, разобщенности между внешним образом и внутренним «я», и впервые развивается любовная линия с Сибиллой, пока – как эгоистичное вожделение её красоты и аристократического положения.

9 — 10

В главе IX Темпест обсуждает с издателем Моджесоном продвижение своей новой книги. Моджесон рассказывает о роли жестокой критики и особенно о влиянии грозного критика Давида Мэквина, с которым рекомендуется установить отношения ради успешного распространения книги. Темпест испытывает раздражение от критических замечаний издателя о недостатке «цепкости» и живости книги, но соглашается попытаться наладить контакт с Мэквином. Его друг Лючио, человек опытный и обаятельный, знаком с Мэквином благодаря необычному происшествию на швейцарской горе Mauvais Pas, где он угрожал критикину смертью, заставив того поклясться написать опровержение к своим ядовитым статьям. Лючио уверяет Темпеста, что поможет ему добиться расположения Мэквина. Далее герои посещают частный игорный клуб с роскошной, но безвкусной обстановкой. Сопровождающая их дама и сдержанная атмосфера клуба создают таинственный фон.

Глава X переносит читателя в атмосферу азартных игр. Темпест принимает приглашение играть в баккара. Он выигрывает у компании, но среди игроков выделяется виконт Линтон — молодой, аристократический и безрассудный игрок, отчаянно проигрывающий крупные суммы. Лючио предлагает виконту сыграть с ним для забавы, ставя на карту «душу» — метафорическую и насмешливую ставку, которая вызывает у всех смех и легкомысленное настроение. Однако вскоре после игры виконт Линтон совершает самоубийство — выстрелом в голову в экипаже возле клуба. Темпест глубоко потрясён, ощущая себя виновным в гибели молодого человека из-за своего «проклятого» везения в игре. Лючио резко отговаривает Темпеста проявлять слабость и доказывает, что Линтон сам несёт ответственность за свою судьбу — он был развратником и падшим человеком без надежды. В глубине души Лючио выражает сожаление и грусть, показывая, что трагедия Линтона тронула его сердце. Наконец, одинокий Темпест ночью переживает мистическое видение — перед ним появляются три призрачные фигуры, окружённые холодным светом и шепчущие слово «Горе!». Видение вызывает у него ужас и отчаяние, словно предвещая надвигающееся испытание или конец.

Таким образом, главы раскрывают внутренние и внешние конфликты героя: борьбу за литературное признание, тяжесть моральной ответственности за судьбу другого человека и тревожное мистическое откровение, предвосхищающее дальнейшие испытания. В повествовании усиливается атмосферность, переплетаются удача и трагедия, вера и скепсис, судьба и свободная воля.

11 — 12

Темпест переживает страх и внутреннюю пустоту после самоубийства виконта Линтона, но приходит в себя и решительно покупает старинный Виллосмирский замок в Варвикшире, чтобы впечатлить общество. В диалогах с князем Лючио и на приёме у лорда Эльтона раскрываются характеры и социальные отношения: Лючио ироничен и циничен в отношении богатства и дружбы, Джеффри обретает уверенность как автор и стремится к славе и любви леди Сибиллы. Через разговоры и наблюдения через призму таких персонажей, как странный слуга Амиэль и яркие представительницы высшего общества, сцена показывает напряжение между внешним блеском и внутренними душевными переживаниями героев.

13 — 14

В главе XIII рассказчик и его друг Лючио посещают дом графа Эльтона, отца прекрасной леди Сибиллы, в надежде завоевать её расположение. Граф Эльтон ведёт себя льстиво и даже униженно, всецело покоряясь богатству рассказчика, что подчёркивает бездушность аристократии и дилемму богатых в вопросах любви. В гостиной посещение парализованной графини Эльтон производит гнетущее впечатление: её состояние кажется почти мертвенным, но она бывает живой и даже проявляет осторожный интерес к гостям. Главой компании оказывается Лючио Риманец, великолепный музыкант и поэт, силой своего исполнения на рояле потрясающий всех присутствующих, особенно леди Сибиллу и графиню. Его музыка вызывается сквозь разные эмоции: от лёгкой радости до глубокой трагедии и страсти, заставляя слушателей пребыть в трепете. После впечатляющего пения Лючио звучит странная баллада о любви и смерти, что вызывает недовольство графини.

В главе XIV состояние графини резко ухудшается — после песни у неё случается сильный паралитический приступ, сопровождаемый судорогами и призрачным выражением ужаса на лице, свидетельствующем о глубокой внутренней трагедии. Граф и окружающие в смятении вызывают врача, а рассказчик и леди Сибилла обмениваются признаниями и планами. Лючио, который хорошо знает причины страданий графини, делится с рассказчиком мрачными наблюдениями о судьбе женщины и цинизме высшего общества. В беседе с Лючио рассказчик признаётся в своих чувствах к леди Сибилле и получает от друга заверения в помощи для успешного брака. Разговор завершается мистическими размышлениями о судьбе и звёздах, а герои расходятся по номерам после тяжелого вечера.

Таким образом, главы раскрывают внутренние конфликты между богатством и истинной любовью, трагедию дворянской семьи, загадочную и чарующую натуру Лючио, а также намечают развитие любовной линии и возможные социальные и духовные испытания персонажей.

15 — 16

В главе XV Джеффри становится частым гостем в доме лорда Эльтона и пытается завоевать благосклонность леди Сибиллы, хотя её поощрение кажется ему слабым. Его друг, Риманец, из-за своих дел редко появляется рядом, и Джеффри чувствует в нём некую опасность из-за его харизмы и холодного цинизма, но не воспринимает его как конкурента в любви. Главный герой помогает графу, оплачивая долги и делая дорогие подарки. Между тем, состояние матери графа ухудшается — она парализована и с ужасающим видом, что тяготит всех в доме.

Джеффри издаёт книгу, активно рекламируемую, и для продвижения нанимает Лючио как «литературного агента», который платит критикам, в частности мистеру Мэквину, для положительных отзывов. При этом сам Джеффри испытывает внутренний конфликт относительно подобных «торговых» приёмов в литературе. В это время он замечает успех романа женщины-писательницы Мэвис Клер, который имеет большой спрос и популярность без помощи критиков и рекламы. Он читает её книгу с завистью и раздражением, считая, что талант женщины не должен превосходить его собственный.

В главе XVI описывается упаднический, беспутный образ жизни Джеффри среди высшего света: азартные игры, кабаки, дорогие подарки танцовщицам — всё ради поддержания статуса и соответствия «моде» светской жизни, что вызывает у него внутреннее раздражение и чувство пустоты. Риманец, несмотря на свою экстраординарную личность и красоту, участвует с ними в развратных вечерах, но отличается от остальных своей мягкостью и глубиной. Он же помогает бедной девушке, вызывая уважение и некоторое внутреннее смятение у Джеффри.

Главный герой рассматривает свою книгу, получающую лестные критические отзывы благодаря оплате Мэквину, как «литературное чудовище», окружающий дух славы кажется ему ложным и назойливым. Он пытается анонимно опорочить Мэвис Клер, но это не влияет на её успех — её книги пользуются популярностью, несмотря на критику. Риманец упрекает Джеффри в зависти и несправедливости, указывая, что доля искренности и таланта у Мэвис гораздо выше, чем у прославленного миллионера, прославленного покупкой расположения прессы.

В итоге Джеффри переживает глубокий внутренний кризис. Он осознаёт, что его слава — не более чем результат денежных вливаний и связей, а не истинная признательность публики. Его успех в высшем обществе оценивается им как поверхностный, торговый, лишённый подлинной ценности. Он чувствует отчаяние и утрату надежды на славу настоящую, отличающуюся от пустой рекламы и интриг, понимать что настоящую популярность имеет не он, а Мэвис Клер — символ настоящего таланта и силы личности.

Таким образом, главы показывают конфликт между ложной, купленной славой и истинным признанием, а также внутреннюю борьбу героя с собственным высокомерием, завистью и моральным разочарованием в мире литературы и светского общества.

17 — 18

Через эмоциональное столкновение с Дайаной Чесни и особенно — через откровенный разговор с Сибиллой Эльтон, герой переживает сложные душевные перемены и впервые по-настоящему сталкивается с сомнением в собственном счастье. Столкновение Сибиллы и Дайаны вскрывает классовое высокомерие и усталость от лжи, царящей в высшем обществе. Но главное происходит вечером, когда Джеффри и Сибилла остаются наедине.

Разговор между ними превращается в долгую исповедь девушки: она предстаёт перед героем не холодной красавицей, а сломанным существом, израненным опытом светской жизни, разочарованным в любви и глубоко несчастным. Сибилла называет себя испорченной, старой душой, раздавленной идеологией времени, литературой без морали и жизнью среди лицемерия. В её речи звучит презрение к женщинам как к товару, к браку как к «торговому договору», к собственным чувствам как к давно умершим.

Несмотря на эти признания, она принимает предложение Джеффри, даже склоняется к нему с мольбой о спасении: просит увезти её как можно дальше от всего, что её окружает. Это соглашение заключено не на основании любви, а как последний шанс обрести защиту и покой. Джеффри, охваченный одновременно экстазом и смятением, соглашается, хотя интуитивно ощущает тяжесть выбора.

В следующей главе он сообщает о помолвке своему загадочному другу Лючио, и тот встречает новость с тонкой, почти демонической иронией. Его реакция вызывает в Джеффри раздражение и бессознательный страх. Лючио ясно даёт понять, что он не верит в искреннюю любовь Сибиллы и насмехается над иллюзиями, в которых живёт Темпест. Глубже всего героя задевает то, насколько безразличен Лючио к его стремлению не просто быть богатым, а быть признанным — обрести подлинную славу. Однако его книга, несмотря на бурную прессу, остаётся прохладно встреченной читателями, в то время как простая, человечная книга Мэвис Клер побеждает.

Джеффри переживает муки творческого бессилия, пустоты и разочарования; деньги не приносят ему ни вдохновения, ни утешения. Даже помолвка с Сибиллой не даёт ощущения полного счастья. Он уезжает в Виллосмир — старинное поместье, которое станет его семейным гнездом. Здесь, среди весны и природы, он на миг чувствует, будто бремя спало с плеч. Но его вера в иное счастье ещё нестабильна, а в финале Лючио неожиданно подводит его к дому женщины, которую Темпест презирает — писательницы Мэвис Клер. Этот момент как бы насмешливо напоминает герою, кто из них на самом деле обладает подлинной славой и правом на уважение.

19 — 20

В главах XIX–XX разворачивается встреча главного героя с известной писательницей Мэвис Клер. С опознаванием её внешности и личности он сталкивается с контрастом между своими ожиданиями и живым образом женщины: от строгого, интеллектуального типа «синих чулок» он переходит к восприятию её как изящной, женственной и жизнерадостной особы.

Диалог с Мэвис Петер показывает её лёгкое отношение к критике и широту ума. Несмотря на то, что герой писал втайне резкую статью против её книги «Несогласие», сама Мэвис воспринимает критику с юмором и философским спокойствием, сравнивая своих критиков с голубями, которых она кормит в саду. Она демонстрирует сильный дух и искреннюю любовь к своему творчеству, не позволяя негативным отзывам омрачать своё творчество и жизнь.

Особое внимание уделяется взаимодействию Мэвис с её собаками — сенбернаром Императором и маленькой таксой Трикси, подчеркивающим её ласковый и тёплый характер, несмотря на внешнюю строгость писательницы. Возникающее у Лючио напряжение в общении с Мэвис указывает на внутренние конфликты и разногласия, но главный герой постепенно начинает видеть её более глубоким и сложным человеком.

Кроме того, в рассказе раскрываются темы общественных стереотипов о женщинах-писателях, зависти и борьбы за признание, а также размышления о природе критики и славы в литературном мире. Герой признается в своей зависти и осознаёт урок смирения и уважения к таланту Мэвис.

В финале говорится о предстоящих испытаниях героя в личной жизни — в уроке любви, что намекает на дальнейшие сюжетные линии, связанные с отношениями с леди Сибиллой и внутренними переживаниями персонажа.

Таким образом, эти главы показывают глубокое знакомство с Мэвис Клер как личностью: талантливой, сильной, независимой, доброй и мудрой женщиной, которую герой начинает ценить искренне, пусть и с внутренними противоречиями.

21 — 23

Джеффри Темпестом, продолжают овладевать чувства разочарования и внутренней пустоты, несмотря на внешнее благополучие и подготовку к блестящей светской свадьбе с леди Сибиллой Эльтон.

Глава XXI описывает мнимую щедрость и лицемерие общества: Джеффри и Сибилла получают дорогие подарки, которые воспринимаются героем не как проявление дружбы, а как попытку получить выгоду. Также развивается его разочарование в своей книге — творческая неудача болезненна на фоне успеха, достигнутого другими средствами. Его стремление к литературной славе увядает под гнётом богатства и жизненного комфорта, и он с горечью осознаёт, что настоящее вдохновение ушло вместе с бедностью.

Особое внимание уделяется духовному одиночеству Джеффри. Его богатство делает его чуждым даже самым простым человеческим чувствам сострадания и доброты. Он начинает чувствовать внутреннюю пустоту и ощущение, что всюду присутствует фальшь.

В главе XXII Темпест и Риманец приезжают в Виллосмир — имение Джеффри, где должны пройти свадебные торжества. Готовится великолепный приём с изысканными декорациями, театром, музыкой и сюрпризами. Всё организовано по высшему разряду, но с помощью исключительно иностранных артистов и поставщиков, что символизирует утрату национального духа. Джеффри восхищается всем, однако чувствует, что за этим великолепием скрыта бездушность.

Разговор с Лючио вновь затрагивает философские и религиозные темы. Риманец высказывает разочарование самим бытием и особенно — ролью Бога, воплотившегося в человеке. Его слова пугают и озадачивают Темпеста: прозвучали намёки на тёмные знания и личную неприязнь к планете Земля из-за избранности человечества.

Глава XXIII описывает день празднества — луг полон гостей, звучит зачаровывающая музыка, рассыпаются цветы, пажи, экзотические слуги. Общество охвачено эстетикой роскоши и гастрономии, но за всем этим — повсеместная вульгарность, отчужденность и отсутствие настоящих чувств. Среди гостей — граф Эльтон, общественные льстецы, поверхностные дамы, избалованные представители высшего света. Джеффри испытывает секундный укол сожаления, увидев пустующий дом писательницы Мэвис Клер, отказавшейся от приглашения.

По мере развития праздника усиливается ощущение искусственности и фальши. Даже великолепие, исполненное Риманцем, не приносит герою удовлетворения. Он чувствует, что утеряна его душа, что Сибилла, несмотря на свою красоту, не любит его искренне. Всё кажется маской и сценой, игрой, как и процитированные на театральном занавесе слова Шекспира: «Весь свет — сцена…».

24 — 25

Глава XXIV описывает вечер развлечений в доме Лючио, начиная с представления «живых картин» в миниатюрном театре. Главный герой, Джеффри Темпест, с Сибиллой занимают места. Программы содержат загадочные названия картин: «Общество», «Доблесть прежняя и современная», «Заблудившийся Ангел», «Деспот», «Уголок Ада», «Семена разврата», «Его последняя покупка» и «Вера и материализм».

Во время представления картин, каждая из которых несёт определённый моральный или сатирический посыл, публика реагирует по-разному. «Общество» шокирует своим контрастом между роскошью и нищетой, «Доблесть прежняя и современная» вызывает смех сатирой на современную трусость. «Заблудившийся Ангел» наводит Джеффри на мысли о Мэвис Клер и недостатке религиозной веры у Сибиллы. Картины «Деспот» и «Уголок Ада» показывают пороки власти и самоистязание грешников, причём последняя особенно тревожит Джеффри, напоминая ему о призраках, виденных после самоубийства Линтона. «Семена разврата» изображают пагубное влияние аморальной литературы, и Сибилла признаёт её «мучительно правдивой». «Его последняя покупка» демонстрирует брак по расчёту как форму рабства, но Джеффри чувствует утешение, зная, что Сибилла теперь «научилась любить» его.

Кульминацией становится картина «Вера и материализм», где сначала показан ангел, возносящийся к небесам, а затем всё погружается во мрак, и появляется человеческий скелет, превращающийся в червей. Это вызывает ужас у зрителей и спор между Лючио и профессором о научности и смысле картины. Лючио настаивает, что материализм не может отрицать конечного состояния человеческого тела.

После театральной части Лючио приглашает гостей в парк, где их ждёт грандиозное огненное шоу с фонарями, фейерверками, воздушным шаром и танцовщицами с электрическими жезлами. Джеффри испытывает восторг и замешательство, отмечая, что такое великолепие превосходит обычные человеческие возможности. Он размышляет о равнодушии общества к чужим переживаниям и эгоистичном стремлении к удовольствиям.

Затем следует ужин в павильоне, где Джеффри и Сибилла сидят вместе. В полночь Лючио произносит тост за молодожёнов, превознося богатство и любовь, которые им выпали. В конце праздника, когда гости разъезжаются, Джеффри слышит дикий смех и видит, как павильон заливается красным светом, прежде чем всё возвращается к обычному.

Джеффри возвращается в дом и находит Лючио одного в курительной. Лючио выглядит больным и измученным. Он говорит, что страдает от «угрызения совести», называя это неизлечимой болезнью. Они обсуждают, что деньги могут купить всё, и Лючио утверждает, что деньги сделали всё для Джеффри, тогда как сам Джеффри ничего не достиг. Лючио также говорит о «благороднейшей» части натуры Джеффри, которая восстаёт против лжи и подлости, и советует ему расстаться с ним, отказаться от суетного общества и даже раздать своё состояние бедным. Джеффри отвергает эти идеи, считая их неблагодарностью и непрактичностью. Лючио смеётся над его словами, говоря, что общество предпочитает зрелища и известность литературе.

Глава XXV начинается с того, что Джеффри просыпается знаменитым, потому что его лошадь, Фосфор, выиграла Дерби. Он становится героем дня, к нему стремятся познакомиться аристократы и даже принц Уэльский. Джеффри иронизирует над этой ситуацией, видя, как общество ценит не его личность, а его успех. Он презирает лицемерие и хвастовство окружающих.

Во время скачек Лючио подходит к Джеффри и снова поднимает тему «благородной части» его натуры. Он призывает Джеффри дать ей волю и отказаться от него самого и от суетного общества. Лючио сравнивает себя с искусителем, который удовлетворяет фантазии Джеффри, и предлагает ему «бросить весь этот ложный, суетливый вздор». Джеффри признаёт, что его совесть дрогнула, и он ощутил сожаление из-за того, что, обладая богатством, не использует его для блага других. Однако он отвергает совет Лючио, утверждая, что это было бы неблагодарностью, что общество необходимо для развлечения, и что раздача богатства будет воспринята как сумасшествие. Лючио соглашается, что человек с пятью миллионами и победителем Дерби достиг всего, что ожидается от него в XIX веке.

В конце главы описывается свадьба Джеффри и Сибиллы, проведённая с огромной пышностью. Церемония носит показной характер, где «умопомрачительные наряды» затмевают святость обряда. Присутствует «весь свет», включая принца Уэльского. Лючио выступает старшим шафером, шутит по дороге в церковь о дьяволе и целует Сибиллу. Джеффри отмечает, что Сибилла вышла замуж за его миллионы, а не за него самого. Он также наблюдает, как цветы, по которым ступает невеста, умирают, символизируя тщеславие.

Когда молодожёны уезжают, Джеффри видит Лючио, стоящего на лестнице, с мрачной красотой лица и горящими глазами, что делает его центром внимания. Карета уезжает, и Джеффри понимает, что теперь они с Сибиллой остались одни, чтобы встретить будущее вместе.

26 — 27

Джеффри, спустя месяц после свадьбы с Сибиллой, осознаёт полное разрушение своих иллюзий. То, что казалось «бессмертной любовной страстью», оказалось поверхностной и даже отвратительной связью с женщиной, чья внешняя красота скрывает порочную и жестокую натуру. Сибилла преднамеренно показала холодность при известии о смерти матери, её цинизм и лицемерие глубоко ранят мужа. Он мучительно пытается понять, что не так с их отношениями, осознаёт, что между ними нет взаимного уважения, доверия и духовной близости. Сила страсти сменяется отвращением и внутренней тьмой. Общение с Сибиллой наполнено горечью, её свободомыслие и цинизм лишь усугубляют страдания Джеффри. В разговоре она отвергает идеалы любви и брака, утверждая, что любовь – это животная страсть, быстро превращающаяся в пустоту и необходимость лишь вежливого сосуществования. Герой осознаёт мучительную разницу между собой и женщиной, которую он любил, и женщиной, ставшей его женой.

Джеффри возвращается вместе с Сибиллой в Англию, в Виллосмирский замок. Он мечтает, что знакомство Сибиллы с Мэвис Клер — поющей правду о жизни и счастливой в своей простоте и искренности женщиной — сможет повлиять на её душу. Встреча с Мэвис — воплощением внутренней красоты и чистоты — обнажает ещё более отчётливо всю пустоту отношений Джеффри и Сибиллы. Несмотря на восхищение Мэвис, Сибилла сохраняет горькую ироничность, презрение к идеалам и признание собственной «ошибочности» как графской дочери, не вписывающейся в идеалы добродетели. Между женщинами пока возможна лишь дружба на поверхности, поскольку их внутренний мир и взгляды на жизнь слишком различны. Атмосфера вокруг поместья и сам Виллосмир для Джеффри приобретают значение места страдания и безысходности.

Таким образом, эти главы раскрывают драму разочарования в любви и браке, конфликт мечтаний и реальности, столкновение духовных идеалов с цинизмом и пустотой современного общества. Главный герой ищет надежду и свет в образе Мэвис, но вынужден жить в окружении лжи и отчаяния, олицетворяемых Сибиллой.

28 — 29

Глава XXVIII начинается с философского размышления о внезапности несчастий в жизни, которые обрушиваются «как землетрясение», разрушая внешнее благополучие. Джеффри описывает собственное состояние: он погружается в эгоизм и материализм, наслаждается удобствами и роскошью, теряет внутреннюю чувствительность и не стремится к умственному росту. Его брак с красивой, но чувственной и равнодушной к духовной жизни Сибиллой напоминает отношения восточного владыки с наложницей. Он отвернулся от писательства и ведёт праздную жизнь, питая тщеславие мелочными проявлениями «доброты богача».

Тем временем в Виллосмир приезжают знатные гости, включая принца Уэльского, который производит на Джеффри хорошее впечатление. Однако общество воспринимает хозяина только как «человека с миллионами», фокус внимания — Сибилла. Единственный гость, кого Джеффри уважает искренне – принц, остальные кажутся ему пустыми, самодовольными и скучными. Риманец, загадочный друг Джеффри, отказывается участвовать в приёмах и присылает язвительное письмо с моралистическим оттенком, разоблачающее лицемерие гостей.

После отъезда гостей в доме воцаряется напряжённое молчание. Сибилла чувствует внутреннюю опустошённость и тоску, которую не может преодолеть. Она признаёт, что муж далёк от понимания её душевных потребностей и упрекает его в холодности, эгоизме и жизненной пустоте. В самый пик этой драмы внезапно появляется Лючио Риманец, вызывающий у Сибиллы неожиданную симпатию и эмоциональный подъем.

Глава XXIX описывает кажущееся умиротворение, наступившее после визита Лючио, при этом нарастают тревожные предчувствия. Джеффри утверждает, что не делится с Лючио неприятными фактами о своей жене, потому что тот, вероятно, не стал бы его жалеть — он ожидает, что друг только высмеял бы его претензии к нравственности супруги, учитывая его собственные пороки.

Мэвис Клер, талантливая писательница и духовно чистая женщина, продолжает вызывать у окружающих пиетет. В одной из вечерних прогулок Джеффри случайно становится свидетелем странного диалога между Лючио и Мэвис. Лючио предлагает ей помощь, богатство, власть и влияние над людьми, но в обмен требует полного подчинения его советам. Он говорит с ужасающей силой, намекая на надчеловеческие возможности и внутренние страдания. Но Мэвис отвергает его «дар», утверждая, что ей достаточно любви читателей и внутреннего мира; она предпочитает бедность, независимость и честность.

Лючио, поражённый её ответом, неожиданно падает перед ней на колени и просит… молиться за него. Его слова полны страдания, раскаяния и мрачного намёка на потери, которые он пережил и в которых участвует. Он признаёт глубокое внутреннее горе, будто он связан судьбой заблудшего, жаждущего подняться «на шаг ближе к славе, которую потерял».

После сцены с Мэвис Лючио возвращается к Джеффри в обычной манере — язвительный, ироничный и скептический, говоря с презрением о сущности современного мира, где любви почти не осталось, а ненависть побеждает. Главы завершаются на тревожной ноте — внешне всё спокойно, но в воздухе чувствуется нарастающая буря.

30 — 31

Сначала повествователь описывает последний, полный иллюзий и счастья день, проведённый втроём — с женой и другом в идиллической обстановке осеннего леса. Автор отмечает, что в компании отсутствовала Мэвис Клер, чьи взгляды и характер казались чуждыми остальным. Главный герой наслаждался нежностью и красотой жены и казался уверен в их дружбе с Лючио. Однако ночной эпизод разрушает эту гармонию.

В ночь после прекрасного дня герой просыпается и обнаруживает исчезновение жены. Следя за её тенями, он с ужасом видит сцену, в которой Сибилла на коленях признаётся в страстной любви Лючио — другу и, до того момента, доверенному лицу героя. Поскольку эти признания перерастают в мучительные, а порой и жестокие высказывания, раскрывается трагизм и двойственность её натуры — страсть смешивается с цинизмом и горечью, а любовь – с презрением. Лючио открыто выражает ненависть к жене и всему миру, осуждая её за лицемерие и развращённость. При этом его отношения с героиней носят сложный, духовный, даже мистический характер.

Далее герои вступают в острую ссору, где выясняются причины брака — он воспринимается женой как выгодная сделка, а первая любовь её принадлежит Лючио. Сибилла открыто говорит о неверности и цинизме отношений, осуждая традиционную мораль и защищая свои действия как естественный ответ современности. Герой же переживает жгучее чувство предательства и потери, испытывая крайнюю боль и отчаяние.

Лючио, в свою очередь, ведёт себя сдержанно, с некоторой иронией и горечью, не поддерживая ни жену, ни мужа, и подчёркивая трагизм положения. В финале сцены герой теряет сознание от сильнейшего душевного потрясения.

Таким образом, глава передаёт глубокий конфликт: разрушение семьи, утрату доверия, кризис нравственности и обнажение скрытых страстей и обмана. Она раскрывает внутренние страдания и противоречия персонажей, а также дуализм любви и ненависти, искушения и предательства. В атмосфере страсти и трагедии сюжет постигает тему падения и морального разложения, остро ставя вопросы верности, чести и человеческой достоинства.

32 — 34

В XXXII главе Джеффри приходит в себя после сильного стресса и смертельной близости к потере сознания. Он находится в роскошной комнате вместе с другом Лючио, который пытается убедить его успокоиться и иначе взглянуть на ситуацию с безумной любовью его жены Сибиллы к Лючио. Лючио утверждает, что эта страсть — всего лишь женская истерия тщеславия, а не настоящая любовь, и предлагает Джеффри на время покинуть дом, чтобы избежать общественного скандала и обрести ясность ума. Джеффри полон горечи и решает ни с кем больше не видеться, чувствуя беспросветность своего положения. Лючио готовит для него успокаивающее средство, дающее облегчение и сон, который позволяет герою на время забыться.

В XXXIII главе утром Джеффри окончательно решает порвать с Сибиллой. Он пишет ей строгое письмо о невозможности дальнейшей совместной жизни, освобождая её от общей жизни и обещая избегать скандалов. Вместе с Лючио он уезжает из Виллосмира, намереваясь путешествовать и забыть тяжёлые воспоминания. На фоне светской жизни Лондона и бессмысленных развлечений Джеффри размышляет о природе женской «красоты» и истинных чувствах, вспоминая светлый образ Мэвис Клер — женщины с чистой душой, на которую уже давно обращает внимание. Внезапно он получает тревожную телеграмму от Мэвис о некоем бедствии, связанном с Сибиллой, и, поддавшись внутреннему страху, стремительно возвращается домой.

В XXXIV главе Джеффри встречает Мэвис, которая сообщает, что Сибилла не отвечает и её комната заперта. После с трудом вломившись внутрь, Джеффри находит мертвой свою жену, сидящую в кресле с ужасной маской умирания — с тёмными губами, стеклянными глазами и холодной ледяной рукой, украшенной драгоценностями. В комнате царит гнетущая атмосфера смерти и безысходности. Джеффри, поражённый и пресыщенный горечью, приглашает Мэвис уйти, чтобы остаться наедине с телом жены. Он собирается читать её последнее послание — письмо самоубийцы, в котором, вероятно, содержится объяснение её поступка и признание вины. В душевном мучении герой готовится к страшной встрече с правдой о своей супруге и их браке.

Таким образом, данные главы раскрывают драматизм предательства, внутренние страдания и мучительный разрыв главного героя с любимой и в то же время разрушительной женой. Они подчёркивают темы иллюзий и разочарований, трагедии человеческой души, столкновения с правдой и поисков прощения и покоя.

35 — 36

Краткое содержание глав XXXV–XXXVI

Главы представляют собой предсмертную исповедь Сибиллы Эльтон — молодой женщины из высшего общества, решившей покончить с собой после глубокого разочарования в жизни и любви.

В XXXV главе Сибилла подробно рассказывает о своем тяжелом жизненном пути и душевных переживаниях. Она описывает свое детство в окружении лицемерия и моральной порочности, беззащитность перед сексуальными посягательствами взрослых. Позже она сталкивается с холодом и безразличием семьи, финансовыми проблемами отца и обязательством выйти замуж по расчету, чтобы покрыть его долги. Сибилла с презрением относится к светскому обществу, где деньги и выгода превалируют над честностью и истинной любовью. В дальнейшем она погружается в развращающую литературу, в том числе произведения Суинборна, что усиливает ее скепсис и неверие в идеалы, особенно в любовь и религию. Однако в это же время она находит кратковременное утешение в творчестве молодой писательницы Мэвис Клер, чьи идеалы кажутся ей прекрасными, но утопичными.

Глава XXXVI продолжает исповедь: Сибилла рассказывает о встрече с двумя мужчинами — Лючио Риманца, которого она страстно полюбила, и Джеффри Темпесте, за которого вышла замуж по расчету. Хотя любовь к Лючио была сильной и всепоглощающей, он жестоко отверг ее, что довело ее до отчаяния. Она описывает пустоту и лицемерие светской жизни, горько осуждает поэтов за их лживые идеалы любви и отмечает потерю веры, надежды и будущей жизни. В момент принятия решения покончить с собой она даже ощущает призрак матери, видение которой ужасает и тревожит ее. Завершается повествование описанием того, как Сибилла выпивает яд и ощущает приближение смерти.

Весь рассказ наполнен глубоким внутренним анализом, разочарованием в окружающем мире, социальной морали и личных отношениях, отражая трагедию молодой женщины, оказавшейся в плену обстоятельств, лжи и одиночества.

37 — 38

В главах описывается период после смерти жены главного героя, Сибиллы, и начало его путешествия с Лючио Риманцем.

Рассказывается о реакции общества на смерть Сибиллы — несмотря на пышные похороны и траурные церемонии, никто не испытывал искренней скорби. Мужчины равнодушно меняли темы разговоров, женщины были рады избавиться от соперницы, и даже семья проявляла холодность. Смерть была оформлена как несчастный случай с усыпительным средством, что устроило общественные приличия и пресса активно обсуждала опасность лекарств. Главный герой чувствует одиночество и пустоту, а единственная, кто искренне скорбит — Мэвис Клер, которая тайно возложила крест к могиле. В их разговоре герой признаётся, что Сибилла покончи­ла с собой из-за страсти к Лючио, которого Мэвис называет «злейшим врагом», разрушителем и совратителем. Она предостерегает героя уйти от Лючио, но тот отказывается верить в злую природу друга. В диалоге звучат темы вины, искупления, веры и послесмертных страданий.

Главный герой покидает Англию, отправляясь в путешествие с Лючио на роскошной электрической яхте «Пламя». По дороге он чувствует внутреннюю смятенность, страх и дурное предчувствие, наблюдая за Лючио и командой. В беседе на борту они рассуждают о вере, Боге, дьяволе и искуплении, где Лючио высказывает оригинальную и философскую позицию о судьбе Сатаны и человеческом моральном несовершенстве. Несмотря на внешнее очарование и роскошь путешествия, герой остается угрюм и безразличен.

Путешествие приводит их в Египет, где Лючио обещает с помощью гипноза показать главному герою древний «Город Прекрасный», некогда процветавшее царство, управляемое сильной женщиной-фавориткой царя, символом красоты и справедливости. Под гипнозом герой будто видит этот город во всем великолепии, что символизирует не только возвращение в прошлое, но и попытку понять глубокие исторические и духовные закономерности жизни.

Таким образом, эти главы раскрывают внутренний кризис героя после личной трагедии, его противоречивые чувства к Лючио, который представляется одновременно и другом, и темной силой, а также намечают переход к мистическому и философскому познанию мира через путешествие и гипноз.

39 — 41

Джеффри Темпест, переживает яркое гипнотическое видение величественного древнего города с пышной процессией, в которой он замечает загадочную женщину с закрытым лицом. Эта сцена производит на него сильное впечатление, но Лючио объясняет, что это всего лишь мысленное представление, вызванное его внутренним зрением. Во время пребывания в Египте Джеффри присутствует на открытии саркофага древней танцовщицы, мумифицированное лицо которой страшно напоминает его покойную жену Сибиллу. Это сходство угнетает героя, и он начинает страдать от мучительных видений призраков Сибиллы и других умерших знакомых, что приводит его на грань безумия и к попытке самоубийства, которую прерывает Лючио, объявивший себя врагом.

В последующей главе герой оказывается заперт в своей каюте во время сильнейшего шторма, переживая ужас и отчаяние. Лючио появляется перед ним в образе темного, величественного существа и раскрывает свою истинную природу — он Люцифер, падший ангел, искушающий людей, но не нарушающий их свободную волю. Он указывает, что Джеффри сам выбрал путь эгоизма и гордыни, отверг страдания и смирение, предназначенные для духовного очищения. Героя вовлекают в мистическое путешествие к «краю света» — ледяному миру, где разворачивается сцена духовного суда. Люцифер предстает как трагическая фигура — одновременно восхитительная и страшная, несущая вечные муки. Джеффри вынужден сделать выбор между служением злу и Богу. В момент отчаянного смирения он обращается к Богу и тем самым получает возможность спасения. Финальная картина наполнена символикой духовного искупления: яркое видение Люцифера, взмывающего в сияние, и надежда на свет, исходящий от Бога.

Глава отражает темы иллюзорности материального богатства, свободы воли, искушения и ответственности за свои поступки, раскрывая внутреннюю борьбу героя на грани между светом и тьмой.

42

Повествование начинается с того, что Джеффри Темпест очнулся после кораблекрушения, связанный на деревянном брусе посреди открытого моря. В состоянии полусознания он размышляет о своей жизни, грехах, гордыне и тщеславии, испытывая глубокое душевное смирение и обращаясь к Богу. Он готов принять любую судьбу, лишь бы быть с Богом.

Его спасают англичане на пароходе, и он узнаёт, что его некогда богатое состояние было растеряно из-за мошенничества доверенных адвокатов, Бентама и Эллиса. Несмотря на разорение, он принимает это спокойно, видя в утрате возможность начать жизнь заново, честно и с трудом добиваться успеха. Он отказывается возбуждать против мошенников судебное дело, предпочитая быть свободным от материальных оков.

Вернувшись в Лондон, он занимает скромное жилище и начинает новую литературную работу. Его книга вновь приобрела популярность и признание, а Мэвис Клер — добрая знакомая и талантливая писательница — присылает ему письмо с приглашением встретиться, выражая уважение и поддержку.

Темпест борется с собственными пороками и тщеславием, постепенно меняется и укрепляет в себе смирение и веру. Он избегает общества и старых знакомых, включая лорда Эльтона и других, кто шёл на поводу у материальных интересов.

В финальной сцене счастливое одиночество героя прерывается неожиданной встречей с Лючио Риманцем — загадочной и влиятельной фигурой, которую он наблюдает в лунном свете недалеко от английского Парламента. Они не вступают в разговор, но напряжение и понимание между ними ощущаются явно. Лючио приветствует министра и вместе с ним входит в центр государственной власти, символично показывая тесную связь между дьявольским началом и мирскими правителями.

Таким образом, глава показывает внутреннюю трансформацию героя — от гордыни и отчаяния к смирению и вере — и подводит к новому витку его судьбы, связанной с политическими и мистическими силами.

Заключение

Книга будет интересна и современному читателю, ведь темы морального выбора, искушения, духовного падения и возможности прощения остаются актуальными во все времена. Чем глубже вникаешь в сюжет, тем яснее становятся вопросы и предостережения, заложенные Марией Корелли. Эта работа обнажает вечную дилемму: что важнее — душа или успех?

Коротко характеризуя стиль Марии Корелли, можно отметить её страсть к драматичности, метафорам и философским диалогам. Она умела соединить мистику с реализмом, а высокую мораль — с захватывающим сюжетом.

Первое русскоязычное издание вышло под именем Брэма Стокера. Возможно, это было сделанно умышленно, для привлечения интереса прославленным именем или мистификацией; возможно, это как-то связанно с предпочтением самой Корелли, но скорее всего, это просто грубая ошибка издателей. Достоверная же причина этого псевдонима остаётся под сомнением.

Эта книга — не просто история о зле. Она — призыв к духовному размышлению и осознанности, выраженный красочным языком и образами, которые не забываются.

Подробнее в магазине — для тех, кто хочет узнать больше!