Кортик

Повесть Анатолия Рыбакова «Кортик» — это захватывающая история, в центре которой оказывается загадочный морской кортик, найденный школьником Мишей Поляковым. Произведение разворачивается в послереволюционной России 1920-х годов и наполнено приключениями, тайнами и борьбой между добром и злом.

Главные события вокруг кортика начинаются, когда Миша замечает, как их сосед, бывший матрос Сергей Полевой, прячет этот клинок в собачью будку. Мальчик находит кортик, и вскоре в дом Полевого врывается банда во главе с Никитским — бывшим белогвардейским офицером, который охотится за этим оружием. Никитский и его банда интересуют кортик не просто как предмет, а потому что с ним связана страшная тайна: несколько лет назад Никитский убил владельца кортика офицера Владимира на линкоре «Императрица Мария», точь-в-точь такого, который был у Полевого. Там кортик хранил в рукоятке зашифрованное послание, которое является ключом к важной ценности и силе. Никитский стремится попасть к тайне кортика, надеясь использовать ее в своих целях. Из-за этого кортик становится центром опасной погони и борьбы.

Прошлое Сергея Полевого играет важную роль в сюжете: он был матросом на гибнущем линкоре и однажды стал свидетелем, как Никитский застрелил офицера, владельца кортика. Полевой сам пытается защитить кортик, а затем передает его Мише с надеждой, что мальчик сумеет раскрыть тайну клинка и противостоять злодеям. В этом героическом матросе воплощена честность, мужество и преданность идеалам, что делает его важной связующей фигурой между прошлым и настоящим, между войной и мирной жизнью.

Основная мысль повести заключается в воспитании чувства ответственности, честности и гражданской позиции. Через приключения Миши и его друзей автор показывает важность дружбы, справедливости и мужества, которое необходимо проявлять даже в сложные времена. Повесть демонстрирует, что зло, представленное Никитским и его бандой, будет побеждено силой правды и единства.

Кортик становится символом загадки, которую Миша вместе с друзьями — Генкой и Славкой — пытаются разгадать. В процессе поисков они раскрывают зашифрованное послание, расследуют преступления, связанные с кортиком, и помогают разоблачить Никитского. Так ребята не только раскрывают тайны прошлого, но и учатся быть дружными, храбрыми и честными.

Произведение «Кортик» — это не просто увлекательное приключение, а глубоко воспитательная повесть, которая учит ценить дружбу, мужество и любовь к Родине, показывая, что добро всегда восторжествует над злом благодаря силе духа и единству.

Часть первая – Ревск

Главы 1-4

Мальчик Миша жил летом в доме у деда и бабушки в небольшом городке Ревске. Он был любопытный и беспокойный, всё время искал приключений и новые забавы. Рано утром, едва проснувшись, Миша решил добыть резину для рогатки и потихоньку вырезал полоски из старой камеры велосипеда дяди Сени. Но прежде чем выбраться из чулана, он заметил, что их сосед Полевой, бывший матрос, которого все уважали и прозвали «комиссаром», вышел во двор, осмотрелся и спрятал что-то под заброшенной собачьей будкой. Заинтригованный, Миша позже сам полез туда и нашёл свёрток с настоящим морским кортиком – тяжёлым клинком с костяной рукояткой, оплетённой бронзовой змеёй. Мальчика мучило любопытство: зачем Полевой прячет кортик, что бы это значило?

Вернувшись домой с вырезанной резиной и новой рогаткой, Миша едва не попался: дядя Сеня внезапно занялся старым велосипедом и немедленно заметил испорченную камеру. Чтобы избежать нотации, Миша стремглав выскочил из дома, но с разбегу угодил на «вражескую» улицу — Огородную. Там местные мальчишки окружили его и чуть не побили, однако Миша сумел вывернуться: вызвал самого сильного, Петьку Петуха, на «честный бой», но, дождавшись, пока тот снимет ремень, вдруг дал дёру. Вернувшись на свою, Алексеевскую, улицу, он уверял товарищей, что дрался с Петухом один на один и даже «победил» его. Доказательством служила шишка на лбу и чужая рогатка, которую Миша выдал за трофей.

Позже с Генкой, рыжим ревским мальчишкой, он играл в ножички, а затем они вместе пошли купаться на реку Десну. Там, лежа на горячем песке, мальчики болтали о Москве, цирке, войне и бандах, особенно о страшном Никитском, которого никак не могли поймать. Миша во всем превозносил Москву и комиссара Полевого, убеждённый, что тот вот-вот схватит бандита. Вечером, когда город стих, Полевой рассказывал детям и взрослым про матросскую службу, про линкор «Императрица Мария», погибший от загадочного взрыва, и про морские бунты. Миша слушал, затаив дыхание, и с ещё большим вожделением думал о спрятанном кортике.

На следующий день его наказали — дядя Сеня настоял, что он должен сидеть дома и не бегать целый день. Изнывая от скуки, Миша бесцельно бродил по комнатам, рассматривал портреты, шпионя за взрослыми, и в конце концов решился снова достать спрятанный под валиком дивана кортик. Он заметил, что на его гранях выбиты загадочные знаки: волк, скорпион и лилия. От кортика веяло какой-то тайной, и это ещё сильнее возбуждало воображение мальчика. Неожиданно два дровокола, работавшие во дворе, начали расспрашивать его о Полевом и явно интересовались, дома ли «комиссар». Миша почувствовал тревогу, но промолчал.

Однако усидеть дома Миша всё равно не смог: друг подзадорил его через окно, и, несмотря на бабушкины запреты, мальчики сбежали к Генке и спрятались в шалаше в саду.

Так первые несколько дней лета обернулись для Миши чередой проказ, опасных тайн и размышлений о настоящей героической жизни, о которой он грезил, мечтая схватить самого Никитского и воевать плечом к плечу с Полевым.

Главы 5-12

В главе 5 Миша, сбежавший из-под надзора бабушки, прячется вместе с Генкой в его садовом шалаше. Там они впервые чувствуют себя настоящими разведчиками: Миша уверяет, что Полевой собирается взять его в отряд для борьбы с Никитским. Генка, польщённый, приносит из дома прямо из кастрюли кусок говядины, и они делят «добычу» по-солдатски. Но мальчишеская игра внезапно прерывается — за садом раздаются выстрелы, гул пулемета, и вскоре в Ревск действительно врываются всадники Никитского.

В главе 6 события разворачиваются стремительно. Миша мчится домой и становится свидетелем, как в его доме бандиты хватают Полевого. Тем, как к нему относятся, командует сам Никитский — высокий, суровый человек со шрамом на щеке. Он требует кортик, но Полевой упрямо молчит. Обыск в доме доверен тем самым «дровоколам», которых Миша видел утром. Осознав, что кортик именно у него, мальчик тайком достаёт его из-под матраца и незаметно передаёт Полевому. В схватке на крыльце бывший матрос вырывается и сражает одного из конвоиров, но Миша, бросившийся помочь, получает удар и теряет сознание.

В главе 7 он приходит в себя уже забинтованным: Полевой сумел уйти, хотя и ранен, а Никитский опять скрылся. Миша чувствует себя героем, но его мысли полны не столько гордости, сколько детского воображения. Ему чудится, что Полевой наградит его револьвером, а сами они будут шагать по городу как герои. В этот момент приезжает из Москвы мама. Её забота и скромное присутствие постепенно отрезвляют мальчишку: он вспоминает всё, что она для него делала, и впервые искренне признаётся ей в любви.

В главе 8 к нему пускают в гости Генку, который смотрит на друга с трепетом — ведь теперь Миша воспринимается как настоящий герой. Но разговор о будущем быстро перерастает в новые планы: заманчивое путешествие в Москву, жизнь у тётки, даже служба на фронте. Генка колеблется, но мысль сидит в нём. После него в комнату заходит дядя Сеня с длинной нотацией о том, что Миша вмешался в «политическую борьбу», а детям «в политике делать нечего». Миша слушает и спорит: для него всё просто — он за красных, как Ленин и Полевой, и больше объяснений не нужно.

В главе 9 Миша уже почти поправился. Город живёт тревожно, вокруг всё ждут нового налёта. Ребята уважительно относятся к мальчику, а с Огородной даже приходит Петька Петух и примиряется. Наконец появляется сам Полевой и рассказывает правду о кортике. Он хранит его с тех пор, как на линкоре «Императрица Мария» за несколько минут до страшного взрыва видел, как мичман Никитский застрелил офицера и схватил этот самый кортик. Полевому удалось вырвать его из рук преступника, но ножны остались у Никитского — с тех пор между ними тянется давняя тайна и кровный счёт.

В главе 10 Миша и Генка осматривают эшелон, который готовится к отправке. Красноармейцы грузят оружие и лошадей, на вагонах висят агитационные плакаты, от которых Миша ощущает дыхание великой борьбы. Генка сначала боится бросить семью, но под давлением Миши соглашается отправиться скрытно — в железном ящике под вагоном. Мать и дед с бабушкой трогательно прощаются. Телега везёт их чемоданы к вокзалу, а Миша со щемящей тоской оглядывается на дедовский дом, понимая, что это прощание с целым кусочком жизни.

В главе 11 эшелон трогается ночью. Звуки станции, сверкание огней, тревога в голосах — всё кажется мальчику волнующе важным. Но утром он обнаруживает, что ящик пуст: Генки там нет. Вскоре выясняется, что его арестовал «начальник штаба», мелкий красноармейский курьер Стёпа, с трубкой и суровым видом. Генка рыдает, но Полевой вмешивается и разъясняет мальчишкам, что «главный курьер» любит играть в серьёзность и в конце концов, конечно же, всё обойдётся.

В главе 12 эшелон застревает на станции Низковка: не хватает паровозов, и бойцы вынуждены жить на рельсах неделями. Генку официально оставляют с поездом — отец сначала гневается, но затем соглашается и даже привозит сыну вещи. Жизнь в эшелоне напоминает бивуак: костры среди шпал, песни, разговоры. Но продовольствия не хватает, и Миша с Генкой отправляются в лес за грибами. День проходит в блуждании, на обратном пути их застает дождливая ночь. Увидев будку обходчика, они решают попроситься переночевать. Хозяйка — простая добрая женщина — укладывает их на полу у печи. И вот, в шум дождя и лай собаки, мальчишки засыпают, не подозревая, какие новые события ждут их на пути дальше.

Главы 13-14

В главе 13 мальчики оказываются свидетелями страшных событий. Переночевав в сторожке обходчика, они внезапно видят в домике самого Никитского. Бандит жестоко избивает старика, требуя известий о поезде, и мальчишки понимают: банде нужно остановить путь, чтобы напасть на эшелон Красной армии. В страхе, но и с отчаянной решимостью Миша будит Генку. Выбравшись во двор, они слышат, как бандиты разбирают рельсы на насыпи у оврага, где готовится засада. В смертельном напряжении мальчики бегут сквозь ночь и утренние сумерки к станции. Вдруг — гудок паровоза! Эшелон уже идёт, и Миша взахлёб мчится, желая предупредить. Но их перехватывает сам Полевой: выясняется, что красные ждали Никитского, а ребячья разведка невольно подтвердила место засады. Полевой сурово приказывает: марш в вагон, и чтобы больше из него ни шагу!

В главе 14 бой с бандой действительно происходит — короткий, но ожесточённый. Никитский снова ускользает, но его люди бросают тела, а лошади в панике мечутся по полю. Когда эшелон трогается дальше, в Бахмаче от состава отцепляют вагон с семьями — Миша, его мама и Генка должны уехать в Москву, а сам отряд отправляется на фронт. Перед расставанием Полевой зовёт Мишу и открывает ему тайну кортика. Оказывается, в его рукоятке спрятана тонкая металлическая пластина с зашифрованным текстом. Ключ к нему — в ножнах, оставшихся у Никитского. Именно за этим и охотится бандит. Полевой, понимая, что судьба его ненадёжна, отдаёт кортик Мише: «Вернусь — вернёмся к тайне, а не вернусь — память обо мне останется». Он предупреждает мальчика ещё об одном человеке по фамилии Филин — скрытом враге, который может встретиться в будущем.

Напутствуя своего юного друга, Полевой говорит о жизни, сравнивая её с морем: можно плыть мелко и одиноко, а можно — в большом корабле, вместе с товарищами, за общее дело. Эти последние слова звучат для Миши как клятва. После митинга, где и Полевой, и красноармейцы говорили о войне, вере и товариществе, эшелон уходит, и бойцы, свесив ноги из теплушек, поют «Интернационал». Толпа подхватывает гимн, и Миша, хлопая ладонями и крича «ура», чувствует, как к горлу подступают слёзы: поезд унёс его дядю Серёжу в бой, но оставил в сердце мальчика нечто новое и сильное. Он долго стоит на пустом перроне, глядя вдаль, где рельсы сходятся в одну тонкую полосу, и видит перед собой образ Полевого и рабочего, разбивающего цепи на земном шаре.

Часть вторая – Двор на Арбате

Главы 15-21

В главе 15 действие переносится в Москву, спустя год после ревских событий. Теперь Миша живёт с мамой в доме на Арбате, он уже школьник, и начинается лето 1922-го. Характер у него всё тот же: решительный в мечтах, но неряшливый на деле. То собирается закаляться — но тут же откладывает, то винит себя в «слабой воле». У него всё еще есть кортик Полевого, тщательно спрятанный в шкафу, и память о комиссаре живёт в сердце. Никитский, думает Миша, скорее всего погиб, но таинственные ножны, ключ к шифру, так и остались у него. В Москве новые заботы: школа, паёк хлеба, очереди, суровая жизнь начала нэпа.

В главе 16 Миша занимается уборкой своей полки в общем семье шкафу, где книги соседствуют с бельём и посудой. В книжках у него настоящий «мир приключений» — от Гоголя до Марка Твена, и бесконечно любимые романы о «ковбоях и мустангах». Там же, за старыми журналами, он хранит и свёрток с кортиком. Мысли о нём возвращают к Полевому, о котором за год пришло лишь одно письмо. Также постоянно мучает вопрос: кто такой загадочный Филин, о котором предостерегал Полевой? Уж не завскладом ли из их двора, отец Борьки, прозванного Жилой? Но Агриппина Тихоновна, тётка Генки, ничего внятного не рассказывает, только бурчит: «Вся порода дрянь».

В главе 17 у друзей — Генки и бледного, интеллигентного Славки — всё идёт своим чередом. Генка по привычке препирается с тёткой Агриппиной Тихоновной, но та его, хоть и ворчит, явно любит. Славка играет на рояле и дразнится «буржуем». Мальчики сходятся во дворе, хотя каждый принадлежит своему типу: Генка — балагур, Слава — мечтатель, Миша — лидер.

В главе 18 происходит сцена конфликта: во дворе появляется Борька-жила, сын завскладом Филина, которого ребята явно недолюбливают за жадность и спекуляцию. В игре на медяки он пытается оставить себе чужую монету, но Миша решительно ставит его на место. Борька, отступив, тут же начинает хвастать россказнями про «подвал с мертвецами и тайными ходами». Раздражённый Миша решает показать, что ничего не боится, и идёт вместе с ним в подвалы. Там, в кромешной тьме, мальчишки устраивают друг другу испытание на выдержку, и Миша неожиданно открывает другой проход — низкий коридор, по его виду древний и малоизвестный. Страх и азарт смешиваются: Борька в панике торопит назад, обещая завтра достать фонарь. Миша подозревает, что не всё Борька выдумывает — в подвале действительно есть загадка.

В главе 19 возникает ещё один персонаж — Шурка Большой, «артист» из клуба. Он много важничает, потому что его пускают в драмкружок для взрослых. Слава рассказывает, что на Красной Пресне существует отряд юных коммунистов со своим клубом. Миша загорается идеей: почему бы им тоже не проявить себя, устроить детский кружок и тем самым заслужить право на «взрослую» жизнь и борьбу за общее дело? Шура сначала сомневается, но, польщённый возможностью быть «режиссёром», соглашается. Так в ребячьих мечтах рождается план собственной организации.

В главе 20 мальчики решаются просить разрешения у Мити Сахарова, руководителя клубом. Но тот, вечно занятый в своей «культурной работе», отказывает: не до детей. Тогда Миша дерзает пойти к самому товарищу Журбину, авторитетному революционеру, герою с орденом Красного Знамени, живущему в их доме. Первое столкновение выходит неуклюжим — Миша чуть не нарывается на его строгость, но, набравшись смелости, всё же объясняет: «Мы хотим кружок, а нам не разрешают». Журбин сперва строг, потом смотрит на взъерошенного, но смелого мальчишку и неожиданно доброжелательно приглашает войти: «Ну что ж, зайдём, потолкуем». Это решающий момент — шаг от дворовых игр к настоящей детской коллективности.

Наконец, в главе 21 во двор попадает бродячая труппа акробатов: брат и сестра в синих трико и седой дрессировщик с осликом. Зрители в восторге, а Мишу поражает особенно девочка — стройная, живая, со смеющимися глазами. Он впервые остро и смущённо чувствует интерес к девочке. Но в суматохе он почти теряет важный документ — записку от Журбина. По неопытности отдаёт её вместе с монеткой девочке в тарелку. Приходится в панике бегать за акробатами во второй двор и упрашивать вернуть. Девочка смеётся, подшучивает над его шрамом, дразнит «драчуном», но листок всё же удаётся отыскать у бритого мужчины. Миша возвращает свою драгоценность. Однако смех девочки остаётся у него в голове, тревожа чем-то новым, чем-то взрослеющим.

Главы 21-28

В главе 22 ребята, держа в руках записку Журбина, ликуют: он поручил Мите Сахарову обязательно помочь детям организовать драмкружок. Теперь у них есть поддержка серьёзного человека! Шура сразу важно загордился своей причастностью к делу и ушёл «на важное совещание», чем вызвал лишь насмешки друзей. Вечером Миша, Слава и Генка сидят возле кино «Арс». Разговор идёт обо всём: о Борьке, про его связи со старьёвщиками и филателистом, о том, что Журбин рассказал о настоящей детской коммунистической организации — «юных пионерах». Миша с жаром объясняет друзьям: они не просто играют в кружок, они идут по пути настоящих красных мальчишек. Потом троица идёт в кинотеатр: смотрят «Красных дьяволят» и выходят воодушевлённые, мечтая о подвигах.

В главе 23 Миша обнаруживает, что ход в подвал, где они недавно блуждали, заколотили по распоряжению Филина. Значит, Борька его выдал! Это ещё больше укрепляет подозрения Миши. Тем временем в клубе начинается работа детского драмкружка. Шура берёт на себя роль режиссёра и устраивает «испытания», заставляя всех декламировать «Пророка» Пушкина. В итоге постановку решают делать по пьесе «Кулак и батрак». Но Миша сидит замкнутый, всё больше поглощённый мыслью, что в подвале действительно есть тайна, связанная с Филиным. В закоулках сцены он замечает железную дверь — ещё один скрытый вход в подвал.

В главе 24 друзья решаются вновь пробраться в подвалы. Сначала путь кажется пустым и безрезультатным: тёмные помещения, котлы, рухлядь. Но вскоре они вновь натыкаются на тот самый ход и оказываются в большом помещении с ящиками — за которые принимают гробы. В ужасе слышат шаги. В подвал через люк спускаются Филин и ещё двое, среди которых высокий человек в белой рубахе. Его голос — резкий, властный, и Мише он кажется мучительно знакомым. Трое принимают ящики сверху, обсуждают заколоченные двери, и понятно, что в подвале идёт странная работа. Мальчики чудом остаются незамеченными и убегают.

В главе 25 после пережитого Миша долго размышляет: кто этот высокий «Сергей Иванович»? Может быть, Никитский? Но тот изменился бы до неузнаваемости. Или это кто-то другой? В голове всё спутано. Он идёт за этим человеком, видит его на улице — и понимает: очень опасно. Вечером Миша брёл по митингующей Москве: рабочие колонны идут с лозунгами, собираются у Дома союзов, где судят эсеров. Город полон политической напряжённости. А Мишу гложет мысль: неужели Никитский и правда скрывается здесь, у Филина? Может, складом они прикрывают белогвардейскую шайку? Он понимает: нельзя оставлять расследование, пока не станет всё ясно.

В главе 26 жизнь идёт своим чередом — приближается премьера кружка. Но и здесь вражда: Борька с Юрой-скаутом пытаются отвлечь ребят, устраивают во дворе «воздушную дорогу» по тросу, да ещё за плату. Они мешают театру, настраивают ребят против лотереи, которую придумал Миша ради реквизита. Но Миша твёрдо отстаивает дело кружка: выкладывает все деньги перед ребятами и произносит горячую речь о том, что враги специально хотят сорвать их спектакль. Мальчишки стыдятся, и попытка проваливается.

В главе 27 Миша собирает друзей — Генку и Славу — и решается открыть им часть правды: Филин, по словам Полевого, был сообщником Никитского. И, возможно, тот высокий в подвале и есть сам Никитский. Внимание обоих потрясено, Слава даже твердит, что нужно идти в милицию. Но Миша настаивает: прежде они должны всё сами выяснить, иначе их просто засмеют. И в доказательство серьёзности приглашает их к себе.

В главе 28 он показывает им наконец кортик и раскрывает тайну шифра, спрятанного в рукояти. Рассказ о гибели «Императрицы Марии» и убийстве офицера Никитским поражает Генку и Славу. На их глазах раскладывается пластинка с замысловатыми точками, черточками и кружками. «Это военная тайна… это может быть что-то великое», — внушает им Миша. Генка фантазирует о кладах, Слава рассуждает серьёзно: это какой-то код. Но ясно одно: кортик и подвал связаны с опасной шайкой. А значит, у мальчиков теперь есть целое «дело» — самому рассекретить врагов и найти ту скрытую истину, которую искал Никитский.

Часть третья – Новые знакомства

Главы 29-35

В главе 29 Миша и Шурка отправляются за красками для грима на рынок. По дороге они встречают девочку-акробатку — ту самую из двора, Лёню-Фролову, сценический псевдоним которой «Эллен Буш». Она приветствует Мишу по-свойски: «Здравствуй, драчун!» — и пытается пошутить, но Миша держится холодно. Ленка рассказывает, что их труппа скоро будет выступать в цирке, а не по дворам. Миша приглашает её с братом прийти на их спектакль в клубе. Девочка сначала спрашивает «а сколько за выход?», за что получает от Миши сердитую отповедь: ведь спектакль ставится в пользу голодающих, и никакой платы никто не требует. Ленка, посмеиваясь над его горячностью, обещает всё равно прийти с братом бесплатно.

В главе 30 происходит неприятность: у Миши на рынке воруют кошелёк с деньгами для кружка, собранными от лотереи. В толпе он замечает беспризорника и пускается за ним в погоню. Поймав вора, он возвращает кошелёк и даже хочет избить мальчишку от обиды и злости, но вовремя останавливается. У беспризорника оказывается рваное старое пальто без рукавов, худое, грязное тело и голодный вид. Его зовут Мишей Коровиным. Жалея его и пытаясь как-то помочь, Миша решает привести мальчишку домой и поручает матери пришить оторванные рукава. Так в их доме появляется ещё один маленький «Миша».

В главе 31 Коровин ведёт себя замкнуто, недоверчиво, но с жадной степенностью ест за столом так, словно давно не пробовал настоящей еды. Мама настороженно, но сострадательно принимает его. Она чинит его пальто, спрашивает про родных — но мальчик уходит молчаливо, не раскрывая ничего. На прощание Миша говорит ему: «Заходи, я всегда дома или во дворе». Но бедняга ничего не отвечает и уходит.

В главе 32 происходит разговор Миши с мамой. Она спрашивает, зачем он привёл беспризорника. Миша старается объяснить: рукава оторвал он сам, стало жалко. Мама укоряет: «Могли бы вместе посоветоваться». Но потом мягко улыбается: она, конечно, понимает сына и не сердится. Между ними вырастает тёплая близость — Миша признаётся, что собирается с друзьями в отряд юных пионеров, а дальше — в комсомол. Мама шутливо сетует, что тогда он и её «забросит», но Миша горячо уверяет: «Что ты, мама!» И, тронув её плечи, признаётся — он поступил так же, как и она бы поступила.

В главе 33 Генка тащит Мишу к закусочной: «Там высокий!» Но, когда они заглядывают внутрь, за столиком сидит только Филин. Таинственный незнакомец уже куда-то исчез. Миша бросается следом и действительно видит его в переулке, но догнать не успевает — человек скрывается. Подозрения усиливаются, когда Миша оказывается в филателистической лавке, где часто бывает и Борька-Жила. Там, в задней комнате, старик-хозяин переговаривается с кем-то, а потом в его руках мелькает странный предмет — чёрный веер, который в свернутом виде похож на ножны от кортика!

В главе 34 Миша в волнении делится с друзьями догадкой: возможно, ножны — здесь, в этом магазине! Но он возвращается домой и застаёт Генку и Славу, занятых под диктовку тёти Агриппины составлением списка работниц ликбеза. Генка ляпает неуважительные слова про старух («зачем им грамота»), за что получает от своей суровой тётки такую отповедь, что сидит осунувшись, как провинившийся мальчишка. Агриппина Тихоновна пламенно утверждает: каждая простая баба достойна грамотности, кто бы она ни была, потому что труд и жизнь её ничуть не меньше стоят.

В главе 35 Миша наконец решается осторожно выяснить у Агриппины Тихоновны про Филина. И хитро, через «невинный разговор», Генка выуживает из неё нужное: да, отец нынешнего Филина был в Ревске и даже служил там жандармом! Значит, сама порода — подозрительная. Для мальчиков этого вполне достаточно, чтобы убедиться: именно этот Филин может быть фигурантом тайны кортика и сообщником Никитского.

Главы 36-41

В главе 36 Миша, Генка и Слава отправляются в воскресенье на Красную Пресню, чтобы своими глазами увидеть знаменитый отряд юных пионеров. Ранним утром они идут по пустынному Арбату, впервые замечая, как непривычно он выглядит безлюдным, и по пути вспоминают революционные бои, разворачивавшиеся в Москве всего несколько лет назад. Ребята доходят до типографии на Пантелеевке, где узнают у сторожа и девочки-пятилеток дорогу в клуб пионеров. Девочка с гордостью рассказывает, что её брат – пионер-барабанщик, и нахваливает строгий порядок отряда. Её слова и серьёзность дела производят на ребят сильное впечатление.

В главе 37 они поднимаются в клуб. Комната встречает их красным знаменем и лозунгами, барабаном и горном на почётном месте. Но уже через минуту начинается «маленькое недоразумение»: пионеры принимают новичков за вражеских скаутов и, действуя «по боевому тревожному плану», берут их в плен! Начинается шумная свалка. Ребята отчаянно обороняются, но силы неравны. Белобрысый звеньевой командует: «Спокойно!» — и требует передать пленных «на суд». К счастью, ситуацию разряжает пришедший вожатый. Разобравшись, он понимает: мальчики вовсе не шпионы, а ребята из Хамовников, пришедшие знакомиться с пионерами. Ошибка рассеивается, а отряд строится и торжественно приветствует «будущих пионеров» троекратным «ура».

В главе 38 Миша и его друзья идут обратно по Садовой в восторге: от отрядного строя, дисциплины и самого духа пионеров. Каждый выбирает для себя «главные законы»: Генка — про здоровье и силу, Слава — про знания, Миша — про верность делу рабочего класса. Они спорят, шутят, но ясно одно: все влюбились в идею пионерства. Миша считает, что отряд непременно появится и при их фабрике. Возвращаясь, ребята натыкаются во дворе на переполох — беспризорника Коровина гонит толпа ребят во главе с Борькой Филиным. Миша решительно заступается за него, несмотря на протесты друзей и подозрения. «Айда с нами в клуб!» — зовёт он Коровина.

В главе 39 драмкружок готовит декорации к спектаклю «Кулак и батрак». Маленький Бяшка рисует плохо, и тут неожиданно свои способности показывает Коровин: берёт уголь и ловко набрасывает правильную избу, печь, лавки — куда талантливее всех. Мальчишки поражены, хотя Генка ворчит. Но вскоре происходит история: Миша даёт Коровину деньги на кисти, и тот исчезает… Возвращается он под конвоем молодой девушки-вожатой Вали Ивановой из Дома юных пионеров. Она застала беспризорника, когда тот хотел «позаимствовать» кисти. Отругав его, Валя рассказывает ребятам, кем вообще должны быть пионеры и что скоро создаётся Дом пионеров на Девичьем поле. Миша слушает её со смесью удивления и восторга: Вале всего семнадцать, но она уже – вожатая, настоящая руководительница.

В главе 40 Генка с Славой берутся за «шпионскую миссию» — выслеживают Филина. Они спорят: матрос он или не матрос, подмечая походку, красноту лица, привычки. Филин заходит в магазин филателиста — и ребята, хоть Миша и запретил, следуют за ним. Там их смущает резкий взгляд старика и самого Филина. Генка вынужден выбрать марку «Гватемалы», но денег ни у него, ни у Славы нет. Приходится панически бежать, показав себя с худшей стороны. Слава предвидит: попадёт им от Мишки за самовольство — и он оказывается прав: Миша сердится и называет это «вторым срывом дела». Теперь подходить к лавке они не смогут.

В главе 41 наступает день спектакля. Афиши развешаны, билеты раскуплены, весь сбор отдан в пользу голодающих Поволжья. Коровин гордится своей фамилией на афише. В зале клуб переполнен детьми и беспризорниками, пришли даже акробаты Буш и Валя Иванова с молодым комсомольцем Николаем Севостьяновым. Он внимательно присматривается к ребятам. Спектакль проходит с огромным успехом — публика пищит от восторга, Зина бьёт Шуру кочергой «по-настоящему», но зрители кричат: «Бей ещё!» В финале выходит Севостьянов — серьёзный, умный, комсомолец. Он объясняет, что пионеры — это будущая смена комсомолу, что в их районе уже работают несколько отрядов. И торжественно объявляет: при фабрике Свердлова тоже организуется свой пионерский отряд. Кто хочет стать пионером — может записываться уже сейчас.

Часть четвертая – Отряд № 17

Главы 42-47

В главе 42 уже официально созданный пионерский отряд готовится к большому празднику – запуску фабрики на полную мощность. В клубе кипит работа: украшают зал еловыми гирляндами с лампочками, создают «уголки звеньев». Миша, Генка и Слава вместе оформляют уголок своего звена, назвав его «Звено №1 имени Красного Флота». Центром их стенда становится уникальный щит: вырезанные буквы подсвечиваются лампочкой и горят красным светом. Появляется вожатый Коля Севостьянов, напоминает, что теперь у ребят главное — вовлечь в жизнь отряда беспризорных, которых привёл Коровин. Первое испытание – подружиться и заинтересовать пришельцев. Миша получает задание: вести себя просто и сразу вовлечь новичков в игру.

В главе 43 пионеры выскакивают на площадку (бывший задний двор) и начинают знакомство с беспризорниками. Те сидят кучкой, грязные, равнодушные, курят, на всё глядят с ленивым презрением. Миша хитрит, подаёт мяч прямо им в ноги — но те даже не шелохнулись. Лишь Коровин лениво отпихивает мяч. Тогда Миша и Генка берут инициативу: демонстрируют упражнения на турнике, «солнце» и стойки. Это задевает беспризорников, они начинают пробовать силы, завязывается разговор. Уже наметился контакт – Коровин тоже качает головой одобрительно. Кажется, лёд тронулся…

Но в главе 44 происходит срыв: во двор эффектно въезжают Юрка-скаут и Борька-Жила на блестящем дамском велосипеде. Юра демонстрирует разные фигуры езды, а Борька лезет изо всех сил его восхвалять. Все ребята, и пионеры, и беспризорники, отвлекаются на это зрелище — разговор едва не рушится. Миша сообразительно «подставляет» Юрку: громко зовёт его, пока во дворе стоит отец-лоровитый доктор Стоцкий. Тот замечает сына и строго приказывает «домой». При всех Юра вынужден идти за отцом в смущении, а эффектное выступление терпит крах. Беспризорники оценивают это по-своему: «Не задавайся!» – смеются им вслед.

В главе 45 атмосфера снова налаживается. С беспризорниками удаётся разговориться, они обещают приходить и завтра. Уходя, Миша решает использовать момент: обращается прямо к Борьке. Но не агитирует открыто, а хитро заводит речь о «серьёзном деле»: для новой пьесы нужна настоящая матросская форма – тельняшка, бескозырка, ленточка с именем корабля. Борька, польщённый доверием, соглашается за плату – выменять на ножик. И приносит… потрёпанную чёрную ленточку с серебряными буквами: «Императрица Мария». Для Миши, Славы и Генки это удар молнии: доказательство того, что след кортика, Никитского и Филина где-то рядом!

В главе 46 Иванова Москва оживает: перестраиваются заводы, пускаются станции, улицы полны ремонтных работ. Пионеры чувствуют свою причастность к новому миру. Но троицу мучает загадка: как добраться до ножен кортика? Как извлечь правду из лавки филателиста? Вновь ломают головы: Генка рвётся «взять штурмом», Слава осторожен, а Миша решает, что пока действовать прямолинейно нельзя. Впереди их ждёт выезд в лагерь, и там, в походе, Миша неожиданно придумает план.

В главе 47 идёт подготовка к лагерной поездке на два дня, к озеру Сенеж. Миша просыпается на заре, возбуждённо собирается, всё торопливо проверяет, спорит с мамой о ложке и одеяле. Она переживает, но отпускает в лагерь — «только не купайтесь далеко». Миша уговаривает Славу (которого едва разбудили), сталкивается с его папой и мамой, и мы снова видим через их отношение — скепсис и иронию взрослых, но и доверие: они разрешают, хоть и с опаской, отпуская детей в самостоятельную жизнь.

Главы 48-53

В главе 48 отряд впервые оказывается в летнем лагере на озере Сенеж. Мальчики из звена Миши сооружают плот, купаются, загорают. Генка умудряется намазаться изобретённым «ореховым маслом» в банке из-под гуталина и радостно воображает, что будет «как бронза». Миша брезгует, но Генка не слушает. В лагере жизнь кипит: костры, палатки, девчонки варят кашу, по лесу бегают часовые. Коля Севостьянов не только руководит организацией быта, но и умно ведёт беспризорников, пришедших с Коровиным, – он нарочно водит их в деревню и в детдом, чтобы пробудить в них память о доме и дать почувствовать: и здесь можно жить лучше. Миша смотрит на Колю с восторгом: «Какой он всё-таки умный!»

В главе 49 начинается военная игра – репетиция будущего «Взятия Перекопа» против детдома. Шуре и Генке выпадает честь (и обида) представлять белых: Шура – «генерал Врангель», Генка – его «генерал-квартирмейстер». Оба искренне недовольны и «дезертируют» из игры. Когда отряд уже празднует победу, они появляются лишь к вечеру: Шура оправдывает побег тем, что «надо соблюдать историческую правду: Врангель же удрал из Крыма», а заодно прикрывает Генку, страдающего от ожогов. Выясняется, что его чудо-мазь была всего лишь цинковой мазью, смешанной с сапожным кремом, подсунутой Борькой-Жилой. Генку лечат и отправляют в палатку.

В главе 50 у вечернего костра Коля рассказывает ребятам о тяжкой жизни детей и рабочих в капиталистических странах и о борьбе коммунистов-защитников угнетённых. Огонь, тишина ночи и слова Коли глубоко действуют на Мишу: он мечтает о подвигах, о великой дороге революции, решает, что хочет всю жизнь посвятить борьбе. Засыпая в палатке, он вспоминает акробатов Бушей и их тележку и внезапно находит гениальную идею: использовать подобную тележку для слежки за филателистом.

В главе 51 проходит август, осень подходит к городу. Миша, Генка и Слава встречаются с Леной и Игорем Буш, которые соглашаются отдать им ту самую цирковую рекламную тележку. Лена шутит: «Вы, наверное, клад ищете», – и ребята даже смущаются от догадки. Но ведь это именно то прикрытие, которое нужно: в тележке можно устроить тайное наблюдение. Теперь всё готово.

В главе 52 план реализуется: каждую неделю ребята под видом тележки кино «Арс» подкатывают её прямо напротив лавки филателиста. Внутри, между фанерными щитами с киноплакатами, прячется Миша и через щёлку ведёт наблюдение. Старик не догадывается, беседует возле тележки с посетителями и даже однажды прямо в руках держит ножны, показывая Филину! Миша видит совершенно отчётливо: это они, с ободком и серебряным шариком. Старик жалуется: «Шифр слишком сложный, ключа нет», – но слово «ключ» для мальчиков звучит странно, ведь известно: ключ зашифрован в самих ножнах. Значит, старик попросту не может догадаться, как именно читать надписи.

В главе 53 наступает момент решительного захвата. Филин поручает своему сыну Борьке донести от филателиста пакет — именно в нём ножны. На улице ребята с Коровиным устраивают Борьке ловушку, прикинувшись продавцами тележки. Пока увлечённый Борька щупает колёса и пробует катить «товар», Коровин незаметно подменяет пакет и прячет его под себя. Вскоре Борька, ничего не понимая, уходит — а у мальчишек в руках оказывается долгожданная находка. Они разворачивают ножны: внутри точно такие же знаки — точки, палочки, кружки. То есть это не просто футляр, а вторая часть того же шифра, что и пластинка кортика.

Часть пятая – Седьмая группа «Б»

Главы 54-58

В главе 54 действие переносится в школу. Идет урок математики, и вдруг оказывается, что нет мела. Миша, как староста, бегает в раздевалку и случайно застает в слезах гардеробщицу, тетю Брошу – маленькую, толстенькую, вечно тихую старушку, которую уважали все дети. Она признается: её обозвал Юра Стоцкий – «старая дура», когда она не пустила его за опоздание. Миша возмущается и тут же решает поставить вопрос на собрании класса. Он пишет об этом записку, пускает её по рядам, и хотя их переписка почти доходит до конфуза с учительницей, решено: будет «судить Юру».

В главе 55 Миша прямо в коридоре требует от Стоцкого извиниться. Юра высокомерно отмахивается. Тогда Миша объявляет: «Поставим вопрос на собрании». После последнего урока проходит бурное заседание. Генка предлагает исключить Юру: «скаутов не терпеть!». Слава рассуждает мягче — «пусть извинится». Леля Подволоцкая защищает Юру, упрекая в хулиганстве самого Генку. Юра же заявляет презрительно: «Я ни перед кем отчитываться не собираюсь, не буду унижаться перед уборщицей, делайте что хотите». Зал гудит. Шурка Огуреев вставляет свою путаную речь «о языке и женщинах», Зина Круглова добавляет перца, высмеивая и Юру, и Шуру, и Генку. В итоге подытоживает Миша: Юра считает себя выше рабочего человека, но никакого права на это не имеет. Класс решает: обязать Стоцкого извиниться перед тетей Брошей.

В главе 56 Миша отправляется к директору, Алексею Иванычу. Тот серьёзен и проницателен: знает не только о записках и посторонних книгах, но и о странном увлечении ребят шифрами. «Если дело идёт — занимайтесь, если нет — я помогу». Миша колеблется, но решается: достает из кармана пластинку с таинственными знаками. И тут директор впервые разъясняет: это литорея – древнерусская тайнопись. Принцип её основан на точках, черточках и кружках, заменяющих буквы. Но у Миши на пластинке – только половина текста. И должно быть что-то второе…

И в главе 57 Миша достаёт ножны. Алексей Иваныч соединяет обе части: выпуклость и углубление сходятся, и текст раскрывается. Миша впервые видит их вместе как одну таблицу. Начинается расшифровка: «Сим гадом завести часы понеже проследует стрелка полудень башне самой повернутой быть». Странный, неясный текст! Директор рассуждает: бронзовую змейку на рукояти надо считать «гадом», следовательно, есть какие-то часы, которые нужно завести, тогда «стрелка» укажет что-то в полдень. Загадка становится глубже. Алексей Иваныч объясняет: история гибели линкора «Императрица Мария» действительно была тёмная, но если Никитский убил офицера именно из-за этого шифра, значит, он знал и о готовящемся взрыве. «Ты рассказал многое, Поляков, и это многое меняет…»

В главе 58 на стене школы висит первый номер газеты с громким названием «Боевой листок». Там есть и статья Миши о «нездоровых увлечениях»: он высмеивает бездумное поклонение голливудским звёздам и героям вроде Печорина. Печорин, пишет Миша — эгоист, эгоизм есть вред обществу. Есть и язвительные заметки против Шуры (кружок, но не собирается), против Кита (режет парты как колбасу), против Генки (сидит в классе на большой перемене), против привычки к кличкам… Газета веселит всю школу.

Юра Стоцкий, однако, мстит — рядом появляется листочек «от Печорина». Псевдо-«послание из гроба» язвительно указывает: если Миша обвиняет других в эгоизме, сам ведь он староста, учкомовец, всё тащит на себя, чтобы быть первым и лучшим. Это задевает Мишу. Но он решает: бороться кулаками не будет. Следующий номер «Боевого листка» посвятят именно принципу — что такое эгоизм.

Главы 59-63

В главе 59 Миша, Генка и Слава по приглашению директора школы вновь приходят к Алексею Иванычу. В кабинете их ждет ещё один человек — военный по фамилии Свиридов. Ему доверяют тайну кортика. Миша, волнуясь, но решительно, рассказывает, как они с друзьями исследовали оружие и пришли к выводу: перед ними не обычный кортик, а оружие полкового оружейного мастера времён императрицы Анны Иоанновны. Ребята строят свои доводы на изучении клейм и типах клинков. Военный поправляет: клинок сделан из дамасской стали, а европейские клейма — не больше чем символ-«подпись», отчего работа мастера ещё загадочнее.
После этого Алексей Иваныч открывает «Морской сборник» за 1916 год: на «Императрице Марии» при взрыве погибли три офицера по имени Владимир. Но некролог одного из них — инженера Терентьева — прямо указывает на родство с великим оружейным мастером XVIII века, Поликарпом Терентьевым. Все детали сводятся воедино, и становится ясно: именно он, Владимир Терентьев, был владельцем кортика. Свиридов обещает помочь ребятам, но предостерегает: «не ввязываться», а ограничиться библиотечными изысканиями.

В главе 60 мальчики выходят недовольные: военный всё забрал, а ведь самое интересное — «клад» — им самим хотелось бы разыскать. Миша удерживает друзей: можно ещё многое выяснить, например, у родственников Терентьева. Подсказка приходит от Лели Подволоцкой: её дед, профессор Морской академии, упомянут в тех же некрологах. Миша решает обязательно поговорить.
Тем временем на уроке рисования атмосфера непринуждённая — сидят за мольбертами, рисуют статую лошади, в классе царит смех, Генка балуется. Миша подсаживается к Леле и осторожно узнаёт: адмирал Подволоцкий действительно её дед. Леля растерянно отвечает, что из его семьи ещё жива бабушка и тётя Соня. В этот момент вмешивается Юра Стоцкий, язвительно замечая о «секретах». Миша сердится: «Вот видишь, болтать с девочками — значит раззвонить всем!»

Тут же Генка не удерживается и начинает свои проделки — подсказывает несчастному Киту художников да названия картин, и тот попугайски повторяет, пока не доходит до нелепости: «Романенко нарисовал лошадь!» — то есть прямо про учителя. Класс захлёбывается смехом. Преподаватель Борис Федорович («Барфед») униженно выходит из класса…

В главе 61 приходит директор Алексей Иваныч и строго, с болью говорит с ребятами: «Вы считаете смешным приравнять великого художника к простому учителю? А ведь Борис Федорович мог стать знаменитым, бросить школу и добиться славы — но выбрал путь учителя народа. Он создавал бесплатные студии для рабочих детей, отдал жизнь тому, чтобы искусство стало доступно для бедных». Ученики потрясены. Когда возвращается Борис Федорович, Генка вдруг вскакивает и честно признаётся, что подсказал Китову. Учитель, усмехнувшись, прощает: «Значит, и киты на удочку попадаются». Атмосфера меняется — в классе вновь тепло и светло.

В главе 62 Миша всё же добивается адреса бабушки Подволоцкой. Вечером он, Слава и Генка приходят в старый деревянный дом в Борисоглебском переулке. Миша поднимается один. Дверь ему открывает тётя Соня, и он попадает в тесный, захламлённый, но живой мир двух старух. Бабушка сидит за пасьянсом, всё ворчит про нужду и мошенников, то и дело перебивает старшую дочь. Соня хлопочет и тянется к ведру с помоями, а бабушка перебрасывается баснями про прошлое. Миша, наконец, выговаривает: «Знаете ли вы Терентьева Владимира Владимировича, офицера флота?»

В главе 63 открывается потрясающее. Несмотря на привычную забывчивость, бабушка вспоминает: да, это «несчастный Вольдемар», муж Ксении Сигизмундовны. И тут же оговаривается: Ксения — сестра Валерия Никитского! Того самого, кого Миша и ребята тайно подозревали. Таким образом, подтверждается: Никитский действительно связан с историей кортика. Тётя Соня находит пакет писем Терентьева к адмиралу Подволоцкому со старыми адресами, и Миша выносит их из дома, сжимая находку в руках.

Часть шестая – Домик в Пушкине

Главы 64-69

Сначала мальчики внимательно изучают письма, найденные в доме Подволоцкого. Все они похожи друг на друга, только в одной открытке Терентьев упоминает о поездке в Пушкино. Генка решительно заявляет, что теперь-то клад никуда от них не денется, ведь у них есть точный адрес, и настаивает на поездке в Петербург или Пушкино, тогда как Миша осторожнее – он предлагает действовать через адресный стол. Ребята отправляют запрос и начинают мечтать, что же сделают с найденными сокровищами: Слава говорит о помощи детям и музыке, Генка – о стадионе для ребят, а Миша раздумывает, сопоставляя услышанные на собрании слова Ленина со своими мыслями о роли искусства и музыки.

Вскоре возвращается отец Славы – Константин Алексеевич. За ужином между ним, мальчиками и Славой разгорается спор. Отец твердо убежден, что у музыки нет «твердого» основания и Славе непременно нужна практическая профессия. Слава же горячо защищает свои мечты, и неожиданно Миша выступает в его поддержку: раз человеку предназначено быть музыкантом, пусть идет этим путем, иначе выйдет лишь напрасная трата усилий и средств. Константину Алексеевичу приходится признать – взгляды нового поколения ему непонятны.

Ребята получают из адресного стола сухой отказ — нужны точные даты и место рождения, иначе помочь невозможно. Это возмущает их, и они решают обойти бюрократию: пишут письмо прямо секретарю комсомольской ячейки. Пока идет переписка, жизнь течет привычно: школа, сборы, кружки, помощь в детдоме, каток. На катке Генка пытается тягаться с Юрой Стоцким, но проигрывает — и после насмешек товарищей решает не появляться там. Зато он зовёт друзей на свой день рождения.

День рождения становится для всех неожиданностью: накрытый стол, подарки и даже гости – Коровин и… Зина Круглова, неожиданное приглашение которой сильно смущает Генку. Мальчики, сговорившись, преподносят ему по одному «норвежскому» коньку – и когда выясняется, что это пара, Генка понимает: ради этого они жертвовали своими коллекциями и шахматами.

Тем временем приходит ответ из Петрограда. Девушка-комсомолка Куприянова сообщает: Терентьевы действительно жили до войны у Васильевой, но мать — где-то под Москвой, точнее — неизвестно. Мальчики решают поехать в Пушкино и искать сами. Целый день они бродят по улицам, но найти нужный дом не удаётся. Зато случайная встреча всё решает: они сталкиваются с акробатами Леной и Игорем Буш. Разговор заходит о Терентьевой — и Лена прямо говорит: Мария Гавриловна живёт рядом с ними, в соседнем доме.

Особую тайну Миша внушает своим друзьям: нельзя прямо говорить, что Генка — её «племянник», иначе удар для старушки будет слишком велик. Мальчики заходят в дом Бушей, помогают растопить печи, колют дрова. Лена приглашает их в гости и соглашается показать чердак. С него Миша смотрит на двор соседнего дома. Лунный свет освещает заснеженный поселок, и вдруг на крыльцо дома Терентьевых выходит высокий человек в полушубке. Он курит, медленно оборачивается, и Миша с ужасом узнает его — это Никитский.

Главы 70-74

Миша, вернувшись вечером домой, ведёт разговор с матерью об «Анне Карениной» и «Войне и мире». В споре о цели в жизни он осознает, что человек должен стремиться не к мелким личным интересам, а к высоким и благородным целям, к тому, чтобы жить для общества. Разговор естественно переходит к памяти об отце, революционере, отдавшем жизнь за дело партии. И именно тогда приходит важное чувство: детство кончается, начинается настоящая жизнь, которую он хочет прожить так же, как отец и его соратники.

Тем временем наступает новый этап — прием в комсомол. Перед комиссией каждый из ребят волнуется. Генка допустил грубую ошибку, неправильно назвав срок кандидатского стажа, увлекая и Мишу, и Славу за собой. Друзья страшно сокрушаются, решив, что «провалились» на самом простом, но Свиридов их успокаивает: один неправильный ответ не решает судьбу, главное — желание и достоинство.

Затем начинается серьезнейшее испытание — очная ставка с Никитским. В присутствии Свиридова и морского офицера ребята подтверждают: это тот самый человек, которого они знали в Ревске и при нападении на эшелон. Никитский, выдающий себя за «Никольского», упорно отрицает убийство Владимира Терентьева. Но предъявленный кортик и вызванная Мария Гавриловна разрывают его ложь. Старушка сначала еще защищает Никитского, веря извещению о гибели сына, однако, когда слышит истину и узнаёт кортик, сердце её не выдерживает.

Мария Гавриловна открывает тайну рода Терентьевых: кортик — ключ к семейному тайнику, о котором знали лишь главы семейства. Тайник хранит не золото, как мечтал Генка, а документы и чертежи по судоподъёмному делу, накопленные поколениями Терентьевых, увлечённых идеей поднимать затонувшие корабли. В доме в Пушкине Свиридов с моряком, открыв хитроумный тайник в старинных часах, обнаруживают богатейший архив: сведения о затонувших судах, точные координаты, материалы для будущей работы организации «Судоподъем».

Для мальчиков же приходит их самая желанная минута. Из Пушкина они мчатся в Москву, ведь в школе идёт торжественное заседание в честь пятилетия Красной Армии. По дороге им вручают письмо от Полевого: он вновь служит на флоте и поздравляет их, дарит на память кортик. В письме звучит уверенность: ребята вырастут настоящими большевиками.

В школе они успевают как раз к объявлению списка. И вдруг — чудо! Несмотря на их тревогу, они названы в числе принятых. В зале звучит «Интернационал», ребята поют его с дрожью в голосе. Миша смотрит на сияющее февральское солнце и видит перед собой и красноармейцев, и Полевого, и символический образ рабочего, разбивающего цепи с земли. Всё вокруг сливается в одно чувство: они вступают в жизнь, в ряды строителей нового мира.

📖 Как вести читательский дневник
☛ Что такое краткое содержание